Форма: Авторская Глина: Тянь Цин Ни (кит. 天青泥, пиньинь Tiān qīng ní) Объём: 180 мл Мастер: Чень Юни Мастерская: Мастера Цай Ли Шуй
Материал: глина Тянь Цин Ни (кит. 天青泥, пиньинь Tiān qīng ní) — «небесно‑голубая» глина, чья сдержанная палитра словно хранит в себе оттенки сумеречного неба над древними горами Исина. Её приглушённый серо‑зелёный тон раскрывается постепенно, с каждым завариванием обретая глубину и благородство, будто время само оставляет на поверхности едва уловимые следы истории.
Мастер: Чень Юни. Родившись в 1992 году, он пришёл в мир зиша сразу после школьных лет — не по расчёту, а по зову сердца. Под крылом опытных наставников и в диалоге с мудростью старших коллег он шлифовал каждое движение руки, превращая ремесло в искусство. Его путь — это сплав ученичества и дерзости: бережно храня каноны, он не боится искать собственный голос. В его работах слышится тихий разговор традиций и современности — в плавных изгибах, в точности линий, в той особой гармонии, где форма становится продолжением мысли. В последние годы его творения не раз отмечались наградами и стали желанными экспонатами в коллекциях ценителей, для которых чайник — не сосуд, а собеседник в тишине чайной церемонии.
Объём: 180 мл — размер, рассчитанный на неспешный диалог: на несколько чашек, на смену настроений настоя, на моменты, когда время течёт иначе.
Комплект: чайник, паспорт, коробка. Паспорт здесь — не формальность, а летопись: в нём живёт история создания, голос мастера и обещание подлинности. Коробка же бережёт не только форму, но и хрупкость ожидания — того самого предвкушения первого заваривания.
О чайнике: Этот чайник — словно мост между стихиями: в его округлых очертаниях угадывается мягкость воды, в тяжести глины — надёжность земли, а в резном драконе, парящем среди облаков, — дыхание ветра и огонь обжига, что подарил ему жизнь. Дракон, искусно выгравированный на поверхности, не страшен — он мудр и величав, будто хранитель тайны идеального чая. Его чешуя, проработанная с ювелирной точностью, ловит свет и прячет тени, оживая в полумраке чайной комнаты. Плавная дуга ручки и изящный изгиб носика подчинены не только эргономике — они следуют ритму движения руки мастера, повторяя естественные линии человеческого жеста. Крышка с шаровидным навершием словно венчает композицию, ставя тихую точку в симфонии формы. Это не просто инструмент для заваривания — это приглашение к созерцанию, к паузе, к тому редкому мгновению, когда вкус чая, узор дракона и тишина комнаты складываются в единое целое.